14. Волшебник Изумрудного города. Разоблачение великого и ужасного

РАЗОБЛАЧЕНИЕ ВЕЛИКОГО И УЖАСНОГО
Путники направились знакомыми улицами к дворцу Гудвина. По дороге Фарамант не утерпел и сообщил кое-кому из жителей о гибели страшной Бастинды. Весть быстро распространилась по городу, и скоро за Элли и её друзьями до самого дворца шла большая толпа почтительных зевак.
Зеленобородый солдат был на посту и, как всегда, смотрелся в зеркальце и расчёсывал свою великолепную бороду. На этот раз толпа собралась такая большая и кричала так громко, что привлекла внимание солдата не больше, чем через десять минут. Дин Гиор очень обрадовался возвращению путников из опасного похода, вызвал зелёную девушку, и та отвела их в прежние комнаты.

– Пожалуйста, доложите великому Гудвину о нашем возвращении, – сказала Элли солдату. – И передайте, что мы просим нас принять…
Через несколько минут солдат вернулся и сказал:
– Я громко изложил у дверей вашу просьбу у дверей тронного зала, но не получил от великого Гудвина никакого ответа.
Солдат каждый день являлся к дверям тронного зала и докладывал о желании путников видеть великого Гудвина, и каждый раз ответом была гробовая тишина.
Прошла неделя. Ожидание стало невыносимо томительным. Путники ожидали встретить во дворце Гудвина горячий приём. Равнодушие волшебника пугало и раздражало их.
– Уж не умер ли он? – задумчиво говорила Элли.
– Нет, нет! Он просто не хочет выполнять своих обещаний и прячется от нас! – возмущался Страшила. – Конечно, ему жаль мозгов, и сердца, и смелости – ведь это всё ценные вещи. Но не надо было посылать нас к злой волшебнице Бастинде, которую мы так храбро уничтожили.
Разгневанный Страшила объявил солдату:
– Скажите Гудвину: если он нас не примет, мы вызовем летучих обезьян, скажите Гудвину, что мы – их хозяева, мы владеем золотой шапкой – пикапу, трикапу – и когда сюда явятся летучие обезьяны, мы с ним поговорим.
Дин Гиор ушёл и очень скоро вернулся.
– Гудвин ужасный примет всех вас завтра ровно в девять часов утра в тронном зале. Просьба не опаздывать. И знаете что, – тихонько прошептал он на ухо Элли. – Он, кажется, испугался. Ведь он имел дело с летучими обезьянами и знает, что это за звери.
Путешественники провели тревожную ночь и утром, в назначенное время, собрались перед дверью тронного зала.
Дверь открылась и они вступили в тронный зал. Каждый ожидал встретить Гудвина в том виде, в каком он показывался им в первый раз. Но они удивились, увидев, что в зале не было никого. Там царила торжественная и жуткая тишина, и путников охватил страх: что готовит им Гудвин?
– Я Гудвин, великий и ужасный! Зачем вы беспокоите меня!
Элли и её друзья посмотрели вокруг – никого вокруг не было видно.
– Где вы? – дрожащим голосом спросила Элли.
– Я – везде! – торжественно отвечал голос. – Я могу принимать любой образ и становлюсь невидимым, когда захочу. Подойдите к трону, я буду говорить с вами!
Путники сделали несколько шагов вперёд. Все ужасно боялись, кроме Железного Дровосека и Тотошки. Железный Дровосек не имел сердца, а Тотошка не понимал, как можно бояться голосов.
– Говорите! – послышался голос.
– Великий Гудвин, мы пришли просить вас исполнить ваши обещания!
– Какие обещания? – послышался голос.
– Вы обещали отправить меня в Канзас, к папе и маме, когда мигуны будут освобождены от власти Бастинды.
– А мне вы обещали дать мозги!
– А мне сердце!
– А мне смелость!
– Но разве мигуны действительно стали свободными? – спросил голос, и Элли показалось, что он задрожал.
– Да! – ответила девочка. – Я облила злую Бастинду водой и она растаяла.
– Доказательства, доказательства! – настойчиво сказал голос.
– Пикапу, трикапу! – воскликнул Страшила. – Разве вы, который везде, не видите на голове у Элли золотую шапку? Или вы хотите, чтобы мы для доказательства вызвали летучих обезьян, бамбара, чуфара?!
– О, нет, нет, я вам верю! – поспешно перебил голос. – Но как это неожиданно!.. Хорошо, приходите послезавтра, я подумаю о ваших просьбах!
– Было время подумать, скорики, морики! – заорал разъярённый Страшила. – Мы ждали приёма целую неделю!
– Не хотим больше ждать ни одного дня! – энергично поддержал товарища Железный Дровосек, а Лев так рявкнул, что огромный зал заполнился гулом, в котором потонул чей-то испуганный возглас.

Когда смолкли отзвуки львиного рёва, наступило молчание. Элли и её товарищи ждали, как ответит Гудвин на их смелый вызов. В это время Тотошка усиленно нюхал воздух и вдруг с лаем бросился в дальнюю часть комнаты. Мгновение – и он скрылся из глаз. Удивлённой Элли показалось, что пёсик проскочил сквозь стену. Но тотчас же из стены, нет, из-за зелёной ширмочки, сливавшейся со стеной, с криком выскочил маленький человечек:
– Уберите собаку! Она укусит меня! Кто разрешил приводить в мой дворец собак?
Путешественники с недоумением смотрели на человечка. Ростом он был не выше Элли, но уже старый, с большой головой и морщинистым лицом. На нём был пёстрый жилет, полосатые брюки и длинный сюртук. В руке у него был длинный рупор и он испуганно отмахивался им от Тотошки, который выскочил из-за ширмочки и старался укусить его за ногу.
Железный Дровосек с топором на плече стремительно шагнул к незнакомцу.
– Кто вы такой? – сурово спросил он.
– Я Гудвин, великий и ужасный, – дрожащим голосом ответил человечек. – Но, пожалуйста, пожалуйста, не трогайте меня! Я сделаю всё, что вы от меня потребуете!
Путники переглядывались с необычайным удивлением и разочарованием.
– Но я думала, что Гудвин – это живая голова, – сказала Элли.
– А я думал, что Гудвин – морская дева, – сказал Страшила.
– А я думал, что Гудвин – страшный зверь, – сказал Железный Дровосек.
– А я думал, что Гудвин – огненный шар, – сказал Лев.
– Всё это верно, и все вы ошибаетесь, – мягко сказал незнакомец. – Это только маски!
– Как маски!? – вскричала Элли. – Разве вы не великий волшебник?
– Тише, дитя моё! – сказал Гудвин. – Обо мне составилось мнение, что я великий волшебник.
– А на самом деле?
– На самом деле… увы, на самом деле я обыкновенный человек, дитя моё!
Слёзы покатились из глаз Элли от разочарования и обиды.
Железный Дровосек тоже готов был зарыдать, но вовремя вспомнил, что при нём нет маслёнки.
Рассерженный Страшила закричал:
– Я скажу, кто вы такой, если вы этого не знаете! Вы обманщик, пикапу, трикапу!
– Совершенно верно! – отвечал человечек, ласково улыбаясь и потирая руки. – Я – великий и ужасный обманщик!
– Но как же теперь быть? – сказал Железный Дровосек. – От кого же я получу сердце?
– А я мозги? – спросил Страшила.
– А я смелость? – спросил Лев.
– Друзья мои! – сказал Гудвин. – Не говорите о пустяках. Подумайте, какое ужасное существование я веду в этом дворце!
– Вы ведёте ужасное существование?! – удивилась Элли.
– Да, дитя моё! – вздохнул Гудвин. – Заметьте: никто, никто в мире не знает, что я – великий обманщик, и мне многие годы приходиться хитрить, скрываться и всячески дурачить людей. А вы знаете, это нелёгкое занятие – морочить головы людям. И, к несчастью, это всегда раскрывается. Вот вы разоблачили меня, и, по правде сказать, – он вздохнул. – Я рад этому! Конечно, я ошибся, впустив вас сюда всех вместе, да ещё с этой проклятой собачонкой…
– Но-но-но, поосторожнее! – сказал Тотошка, оскалив зубы.
– Прошу прощения, – поклонился Гудвин. – Я не хотел оскорбить вас… Да, так на чём я остановился? Ага, вспомнил… Я впустил вас всех потому, что очень испугался летучих обезьян.
– Но я ничего не понимаю! – сказала Элли. – Как же я тогда видела вас в образе живой головы?
– Это очень просто! – ответил Гудвин. – Идите за мной и вы поймёте.
Он провёл их через потайную дверь в кладовую позади тронного зала. Там они увидели живую голову, морскую деву, зверя, фантастических птиц и рыб. Всё это было сделано из бумаги, картона, папье-маше и искусно раскрашено.
– Вот формы, которые может принимать Гудвин, великий и ужасный! – смеясь, сказал разоблачённый волшебник. – Как видите, выбор достаточно хорош и сделает честь любому цирку.
Лев подошёл к голове и сердито ударил её лапой. Голова покатилась по полу, кувыркаясь и свирепо вращая глазами. Испуганный Лев отскочил с рычанием.
– Самое трудное, – вздыхая, сказал Гудвин. – Управлять глазами. Я тянул их из-за ширмы за ниточки, но глаза вечно смотрели не туда куда нужно. Ты, может быть, заметила это, дитя моё?

– Меня это поразило, – ответила Элли. – Но я была так напугана, что не понимала, в чём дело.
– Я на испуг-то и рассчитывал, – признался Гудвин. – Если мои превращения и не всегда бывали удачны, всё же страх посетителей не давал им заметить недостатки.
– А огненный шар? – вскричал Лев.
– Ну, вас-то я боялся больше всех, а потому сделал шар из ваты, пропитал спиртом и зажёг. Недурно горело, а?
Лев с презрением отвернулся от великого обманщика.
– Как вам не стыдно дурачить людей? – спросил Страшила.
– Сначала было стыдно, а потом привык, – ответил Гудвин. – Идёмте в тронный зал, я расскажу вам свою историю.

ИСТОРИЯ ГУДВИНА
Гудвин усадил гостей в мягкие кресла и начал:
– Зовут меня Джеймс Гудвин. Родился я в Канзасе…
– Как!? – удивилась Элли. – И вы из Канзаса?!
– Да, дитя моё! – вздохнул Гудвин. – Мы с тобой земляки. Я покинул Канзас много-много лет назад. Твоё появление растрогало и взволновало меня, но я боялся разоблачения и послал тебя к Бастинде. – Он со стыдом опустил голову. – Впрочем, я надеялся, что серебряные башмачки защитят тебя, и, как видишь, не ошибся… Но вернёмся к моей истории. В молодости я был актёром, играл царей и героев. Убедившись, что это занятие даёт мало денег, я стал баллонистом…
– Кем? – не поняла Элли.
– Бал-ло-нис-том. Я поднимался на баллоне, то есть на воздушном шаре, наполненном лёгким газом. Я это делал для потехи толпы, разъезжая по ярмаркам. Свой баллон я всегда привязывал верёвкой. Однажды верёвка оборвалась, мой баллон подхватило ураганом и он помчался неведомо куда. Я летел целые сутки, пронёсся над пустыней и огромными горами и опустился в Волшебной стране, которую теперь называют страной Гудвина. Отовсюду сбежался народ и видя, что я спускаюсь с неба, принял меня за великого волшебника. Я не разубеждал этих легковерных людей. Наоборот, я вспомнил роли царей и героев и сыграл роль волшебника довольно хорошо для первого раза (впрочем, там не было критиков!). Я объявил себя правителем страны и жители подчинились мне с удовольствием. Они ожидали моей защиты от злых волшебниц, посещавших страну. Первым делом я построил Изумрудный город.
– Где вы достали столько прекрасного зелёного мрамора? – спросила Элли.
– И изумрудов? – добавил Страшила.
– И столько всевозможных зелёных вещей? – спросил Железный Дровосек.
– Терпение, друзья мои! Вы скоро узнаете все мои тайны, – сказал Гудвин улыбаясь. – В моём городе не больше зелёного, чем во всяком другом. Тут всё дело, – он таинственно понизил голос, – всё дело в зелёных очках, которые никогда не снимают мои подданные.
– Как? – вскричала Элли. – Значит, мрамор домов и мостовых…
– Белый, дитя моё!
– А изумруды? – спросил Страшила.
– Простое стекло, но лучшего сорта! – гордо добавил Гудвин. – Я не жалел расходов. И потом, изумруды на башнях города – настоящие. Ведь их видно издалека.
Элли и её друзья удивлялись всё больше и больше. Теперь девочка поняла, почему ленточка на шее Тотошки стала белой, когда они покинули Изумрудный город.
А Гудвин спокойно продолжал:
– Постройка Изумрудного города продолжалась несколько лет. Когда она окончилась, мы имели защиту от злых волшебниц. Я был в то время ещё молод. Мне пришло в голову, что, если я буду близок к народу, то во мне разгадают обыкновенного человека. А тогда кончится моя власть. И я закрылся в тронном зале и прилегающих ему помещениях. Я прекратил сношения со всем миром, не исключая и моих прислужников. Я завёл принадлежности, которые вы видели, и начал творить чудеса. Я присвоил себе торжественные имена великий и ужасный. Через несколько лет народ забыл мой настоящий облик, и по стране пошли обо мне всевозможные слухи. А я этого и добивался и всячески старался поддерживать свою славу великого чародея. Вообще мне это удавалось, но бывали и промахи. Крупной неудачей был мой поход против Бастинды. Летучие обезьяны разбили моё войско. К счастью, я успел бежать и избавился от плена. С тех пор я страшно боялся волшебниц. Достаточно было узнать, кто я на самом деле и мне пришёл бы конец: ведь я-то не волшебник! И как я обрадовался, когда узнал, что домик Элли раздавил Гингему! Я решил, что хорошо бы уничтожить власть и второй злой волшебницы. Вот почему я так настойчиво посылал вас против Бастинды. Но теперь, когда Элли растопила её, мне совестно признаться, что я не могу выполнить своих обещаний! – со вздохом кончил Гудвин.

– По-моему, вы плохой человек! – сказала Элли.
– Нет, дитя моё! Я не плохой человек, но очень плохой волшебник!
– Значит, я не получу от вас мозгов? – со стоном спросил Страшила.
– Зачем вам мозги? Судя по всему, что я о вас знаю, у вас соображение не хуже, чем у любого человека с мозгами, – польстил Гудвин Страшиле.
– Может быть и так! – возразил Страшила, – а всё-таки без мозгов я буду несчастен!
Гудвин внимательно посмотрел на него.
– А вы знаете что такое мозги? – спросил он.
– Нет! – признался Страшила. – Понятия не имею, как они выглядят.
– Хорошо! Приходите ко мне завтра, и я наполню вашу голову первосортными мозгами. Но вы сами должны научиться употреблять их.
– О, я научусь! – радостно вскричал Страшила. – Даю вам слово, что научусь! Эй гей-гей-го! У меня скоро будут мозги! – приплясывая, запел счастливый Страшила.
Гудвин с улыбкой смотрел на него.
– А как насчёт смелости? – робко заикнулся Лев.
– Вы смелый зверь! – ответил Гудвин. – Вам недостаёт только веры в себя. И потом, всякое живое существо боится опасности, и смелость – в том, чтобы победить боязнь. Вы свою боязнь побеждать умеете.
– А вы дайте мне такую смелость, – упрямо перебил Лев. – Чтобы я ничего не боялся.
– Хорошо, – с лукавой улыбкой сказал Гудвин. – Приходите завтра, и вы её получите.
– А она у вас кипит в горшке под золотой крышкой? – осведомился Страшила.
– Почти что так. Кто вам сказал? – удивился Гудвин.
– Фермер по дороге в Изумрудный город.
– Он хорошо осведомлён о моих делах, – коротко заметил Гудвин.
– А вы мне дадите сердце? – спросил Железный Дровосек.
– Сердце делает многих людей несчастными, – сказал Гудвин. – Не очень большое преимущество – иметь сердце.
– Об этом можно спорить, – решительно возразил Железный Дровосек. – Я все несчастья перенесу безропотно, если у меня будет сердце.
– Хорошо. Завтра у вас будет сердце. Всё-таки я столько лет был волшебником, что трудно было ничему не научиться.
– А как с возвращением в Канзас? – спросила Элли, и сердце её сильно забилось.
– Ах, дитя моё! Это очень трудная задача. Но дай мне несколько дней сроку, и, быть может, я сумею переправить тебя в Канзас…
– Вы сумеете, обязательно сумеете! – радостно вскрикнула Элли. – Ведь в волшебной книге Виллины сказано, что я вернусь домой, если помогу трём существам добиться исполнения их самых заветных желаний.
– Вероятно, так и будет, – согласился Гудвин и наставительно добавил: – волшебным книгам надо верить. А теперь идите, друзья мои, и чувствуйте себя в моём дворце как дома. Мы будем видеться с вами каждый день. Но никому-никому-никому не открывайте, что я – обманщик!
Друзья, довольные, покинули тронный зал Гудвина, а у Элли появилась твёрдая надежда, что великий и ужасный обманщик вернёт её в Канзас.

Смотрите также